Продюсер Глеб Фетисов: Наш фильм – это чужая тайна, которая скоро станет вашей

Тайна железной маски
Тайна железной маски

Продюсер Глеб Фетисов поделился с читателями RFG Magazine тайнами и загадками проекта «Тайна Железной Маски: путешествие в Китай». Во сколько продюсерам обошлось участие в фильме Арнольда Шварценеггера, и как сделать кино не только коммерчески успешным, но и полезным зрителю? Об этом читайте в эксклюзивном интервью.

— Чем Вас, как продюсера, заинтересовал кинопроект «Тайна Железной маски»?

— Если вы хотите знать ответ на этот вопрос, вы должны посмотреть «Тайну Железной маски: путешествие в Китай» — как только фильм выйдет в прокат. Не хочу раскрывать секреты, в том числе, свои…

Чужие тайны нравятся всем. И детям, и взрослым, и женщинам, и мужчинам вне зависимости от национальности и места проживания. Русским, китайцам, американцам, европейцам. И в этой связи, у ленты большая зрительская аудитория.

Я вошел в проект, когда фильм был уже запущен в производство. У меня было только одно условие: вместе сделать так, чтобы по-настоящему заинтриговать зрителей еще до выхода фильма в прокат. Чтобы тайны сопровождали наш фильм, и к моменту премьерного показа их становилось бы только больше…

Наша команда привлекла на роль начальника Тауэра мировую звезду Арнольда Шварценеггера. Как нам это удалось? Тайна. Все – и журналисты, и коллеги по цеху – наперебой начали гадать, сколько мы ему заплатили, как уговорили… Было высказано много версий, в том числе самим Шварценеггером. И мы ни одну не подтвердили, и не опровергли, добавив проекту интриги и загадочности.

Наш фильм – это чужая тайна, которая скоро станет и вашей…

 

— Каков коммерческий и прокатный потенциал картины, на Ваш взгляд?

— Чужие тайны всегда хорошо продаются. На них неизменно высокий спрос. «Тайна Железной маски: путешествие в Китай» не будет исключением, у фильма отличный коммерческий потенциал.

 

— Почему российскому кино не хватает именно таких проектов?

— «Тайна Железной маски: путешествие в Китай» — мировой проект. Возможно, когда фильм только запускался в производство, формально он и был российско-китайским, но сейчас это совсем другое кино – мирового уровня. С легендарными актерами первой величины – Арнольдом Шварценеггером и Джеки Чаном. С потрясающими спецэффектами. Универсальной захватывающей историей, которая способна пленить воображение зрителей во всем мире.

Если вы, как продюсер, занимаетесь коммерческим кино, не ограничивайте себя национальными рамками. Чисто российским, китайским или, скажем, бельгийским может быть только авторское кино, но в подавляющем большинстве никак не зрительское, ориентированное на массового зрителя.

 

— Каковы перспективы российского кино на международном рынке? В частности, в Китае, Индии?

— Если вы так ставите вопрос, тогда спросите себя, а в чем уникальность российского кино по сравнению с фильмами других стран? Я не считаю наш кинематограф каким-то особенным, в отличие от болливудской продукции… Кино – по определению универсальное произведение. И зрителя мало волнует, где именно произведен фильм, главное, — интересен ли он, кто из известных актеров в нем играет, что о фильме говорят и пишут…

Китайцы или индусы не пойдут на фильм только потому, что в нем задействованы российские актеры или что он частично снят на российские деньги… Кого это по-настоящему волнует?!

Раньше, если фильм снимался в Голливуде, это было брендом, приманкой для зрителя. Сейчас даже это не так важно, поскольку зачастую в производстве фильмов участвуют сразу несколько стран, интернациональная бригада из актеров, продюсеров, режиссеров. Продавайте фильм, а не место съемок или «прописки» режиссёров и актеров, — только в этом случае можно рассчитывать на успех.

Я пришел в большое кино из большого бизнеса: много и успешно инвестировал в телекоммуникации, сырьё, ритейл. В бизнесе весьма условно разделение товаров и услуг по национальному признаку… Это справедливо и для киноиндустрии.

 

— В чем Вы видите социальную задачу подобных проектов?

— Иными словами, должен ли продюсер коммерческого фильма учить зрителей, как им жить? Нет, не должен.

Наша задача сделать фильм лучше и интереснее многих других проектов, которые зрители уже видели. Чтобы наша работа не оставила их равнодушными, а наоборот, превратила в наших единомышленников, поклонников, ожидающих от нас новых масштабных проектов.

И с этой точки зрения наш фильм оправдывает ожидания… Если нам удалось объединить в рамках одного проекта американских, британских, китайских, русских актеров, а также членов съемочной команды, значит, фильм действительно обладает притягательной силой, способной увлечь миллионы зрителей по всему миру. Это важно! И если хотите, именно в этом миссия нашего проекта – взаимное притяжение…

 

— До работы над «Тайной Железной маски: путешествие в Китай» у вас уже был опыт работы с голливудскими актерами и продюсерами – вы были одним из продюсеров фильма «Повар на колесах» (Chef, 2014), снятого легендарным режиссером и сценаристом  Джоном Фавро («Железный человек», «Железный человек-2», «Книга джунглей»). А для них имеет какое-то значение, с кем работать в рамках проекта – с русскими, китайцами, индусами?

— Скажу больше, мы завершаем работу еще над несколькими голливудскими проектами. Еще раз подчеркну, что «голливудский» — не более чем заезженный штамп. Проект должен быть либо хорошим, либо очень хорошим (смеется – прим. ред.). Актеры и их агенты оценивают сценарий и прокатные перспективы будущего фильма – его потенциальный успех. А для совместной работы важны профессиональные и человеческие качества – порядочность, доброжелательность, нацеленность на успех. Большие актеры – голливудские, британские, российские, не суть важно – это прекрасно понимают и работают с полной отдачей на съемочной площадке.  Если их что-то и раздражает, то это чужой непрофессионализм.

Если ты – профи, с тобой будут работать вне зависимости от места твоей прописки и национальности. Без снобизма и звездности…

Многие сравнивают современное кино с цирком. С его головокружительными аттракционами. Я так не думаю. По мне индустрия кино больше похожа на спорт высоких достижений.

Выход фильма в широкий прокат – Олимпийские Игры. Жесточайшая конкуренция. Невероятно большая цена победы, равно как и цена поражения. Участники тратят годы усилий, и всё ради нескольких недель… Когда к тому, что ты демонстрируешь приковано внимание всего мира. Окупится ли фильм за месяц проката? Какое впечатление он произведет на зрителей?

Кино, как и спорт, стало глобальным задолго до появления такого понятия, как «глобализм». Это трансграничное, очень дорогостоящее, высоко рисковое занятие. Когда наличие таланта – необходимое, но далеко не единственное условие для достижения победы.

Я хочу заниматься кино по-настоящему, в полную силу. Для этого нужно играть в высшей лиге. Голливуд – это высшая лига. Таким же был советский кинематограф. Сейчас Китай всеми силами пытается дотянуться до высшей лиги. Надеюсь, что однажды и Индия, и Россия также смогут дотянуться до этого уровня. Уверен, общими усилиями – в рамках совместных проектов, копродукции — мы быстрее решим эту задачу.

Февраль 2017 года.